|
| К свежему номеру |
Роман Мерцлин
Александр ДАВИДЕНКО
К сожалению, до сих пор не были изданы не только монографии, но и хорошо прокомментированные альбомы, посвященные творчеству саратовских художников, живших во второй половине ХХ века или живущих сегодня. Поэтому отрадным явлением стал выход пусть небольшого, но такого нужного альбома живописи и графики Романа Мерцлина (1950 – 1999 гг.).
Куратором выступила Саратовская региональная организация «Союза архитекторов России», финансовую помощь оказали многие меценаты, понимающие значение сохранения культурного наследия. Серьезная вступительная статья, пунктирно обозначающая творческую эволюцию мастера, так рано ушедшего из жизни, написана Ефимом Водоносом. Написана со всей страстью человека, болеющего душой за то, чтобы не исчезли из памяти имена подвижников искусства, своим творчеством заслуживших уважительного упоминания каждый раз, когда речь заходит о Саратове художественном. Именно таким живописцем и был Роман Мерцлин.
Традиции лирического пейзажа, пейзажа настроения сложились в России еще в Х1Х веке, начиная с С. Щедрина и М. Лебедева, были подхвачены и дополнены в середине века в творчестве Л. Каменева, И. Шишкина, А. Саврасова, В. Поленова, развиты в конце века А. Куинджи, И. Левитаном, В. Серовым. Эти традиции, обогащались новыми интонациями в течение всего ХХ века: А. Шевченко, Р. Фальк, А. Лентулов, П. Кончаловский и множество других не менее (и менее) известных живописцев.
Среди такой плеяды блистательных имен трудно не затеряться провинциальному художнику, трудно обрести свой голос, а не подпевать кому-то. Р. Мерцлину это удалось. Конечно, он испытывал чужие влияния, но обучение предполагает это, как и последующее преодоление зависимости, как показатель формирования самостоятельного художественного языка. Долгое время его творчество не воспринималось благожелательно «управленцами» и воинственными критиками, но, на мой взгляд, вовсе не потому, что оно было «настоящей правдой» (а что есть истина?). Причина была та же, по которой отторгались и другие искренние художники, не попавшие на передовые позиции околокультурных войн: «конфронтации искусства, некогда допускаемого (и даже – изредка – поощряемого) властями и так называемого нонконформизма». Такое искусство «попадает между этими полюсами. По большому счету, оно не ко двору при любой власти» (Л. Мочалов).
Вопрос о том, что лежало в основе художественного мировосприятия Р. Мерцлина – социальная заостренность человека, не склонного к «примирению с неблагоустройством жизни» или особый тип душевной организации, по-особенному воспринимающей окружающую действительность, транспонирующей ее в удобную для себя минорную тональность, художник своими работами решает в пользу второго. Многие пейзажи А. Марке, особенно зимние или сделанные в пасмурную погоду, нельзя назвать радостными, но они, конечно же, не выражают его протест против язв капитализма. А вот весьма непритязательные уголки Парижа приобретали у депрессивного М. Утрилло своеобразное очарование, становились достаточно чистыми и опрятными, если не сказать стерильными (Р. Мерцлина называли саратовским Утрилло, что неверно, так как у них принципиально разное восприятие окружающей действительности). В свою очередь, у Р. Фалька, с его особым видением, Париж был «тяжелый, сумеречный, серый, сизый, фиолетовый, это Париж трагических канунов, обреченный, взбудораженный, отпетый и живой» (И. Эренбург). Кстати, здесь проявляется еще один феномен – проекция собственных чаяний и собственных знаний (часто более поздних) на эмоциональное, но не политизированное восприятие пейзажа самим художником. С другой стороны, Э. Кирхнеру вовсе не нужны были трущобы, чтобы продемонстрировать свое критическое отношение к жизни.
В пейзажах разных художников присутствуют мотивы романтической восторженности, сострадания, благодати, исповеди, пластической ценности, рефлексии и так далее. Именно рефлексиями представляются мне пейзажи Р. Мерцлина. Подобное состояние свойственно любому человеку (только бездушные не склонны к рефлексии), но кого-то оно накрывает изредка, кого-то чаще, у Р. Мерцлина – это сквозное действие. Как живописные, так и графические его работы пронизаны чувством не горечи, а нежной грусти, «просветленной печали», свойственной не обличителю и критику, а лирику, не чуждого сентиментализма. Его можно было бы назвать светлым декадентом, подвергающим эстетизации то, что зритель с «активной жизненной позицией» воспринимает не иначе как «разруху». Но – светлым, так как в его картинах отсутствует пафос обличения или отрицания, есть лишь меланхолическая созерцательность в восприятии бытия. Можно увидеть в этом (возможно, допущение чрезмерное) некое сожаление о бренности материальных примет времени, возможно, именно как примета чего-то личного, близкого самому художнику. И эта образность является продолжением собственного внутреннего мира художника, его гармоничной визуализацией.
Р. Мерцлин чувствовал себя органично именно в той среде, которую реконструировал в работах. Действительная убогость жилищ, облупленность старых стен воспринята Р. Мерцлиным сквозь призму эстетического, а не критического чувства. На мой взгляд, здесь имеет место ностальгическое восприятие уходящего, своеобразной красоты разрушающегося. Это романтика не величественных руин, отражающая некое исходное, корневое, базисное, то есть ту жизненную константу, в которой можно черпать душевные и духовные силы для всевозможных прогрессов и возрождений, а можно покоиться с миром. И не стоит винить в этом исключительно «удушливую атмосферу эпохи застоя».
В подавляющем большинстве случаев пейзажи Р. Мерцлина – это «чистые» пейзажи, даже когда их населяют человеческие фигуры. Но роль этих фигур не так уж и мала. Если собачий хоровод в картине Н. Андронова «Ночь в Солигаличе» составляет, по выражению В. Манина, «действующие лица и сюжетные действия», то пешеходов в работах Р. Мерцлина «Зимой. 1983 г.» или «На перекрестке. 1984 г.» никак нельзя назвать простыми «персонажами». Они не менее важны, нежели упрощенно–коробчатые объемы зданий. Убери их - и не только композиция потеряет в своей полноте, но значительно ослабнет и сила эмоционального воздействия работ в целом. Именно их «действие», а часто их «бездействие», придает работам законченность и усиливает особую, щемящую ноту «одиночества в толпе». Его система образности не предполагает значительной вариативности развития закрепленного в подавляющем большинстве удачных пейзажей состояния. Это глубокое погружение в меланхолическую среду, которая не только не отвращает, но даже не огорчает художника. Более того, создается впечатление, что опасность для него представляет совсем другое - возможность выхода за рамки привычных ощущений, ставших комфортными для ее носителя. Именно это сказывается на некоторой ограниченности эмоциональной палитры, что само по себе не является недостатком, но что в поздних работах привело к превращению естественности пластического переживания в прием, набор формальных характеристик.
Оглядываясь назад, просматривая огромное творческое наследие Романа Мерцлина, приходишь к выводу, что как живописец наиболее полно он реализовал себя именно в пейзаже. Они у него глубоко интимны, но камерное звучание исходного мотива, благодаря универсальности переживаемого состояния грусти (легкой, щемящей, неизбывной, смиренной и т.д.), приобретает исповедальный характер, иногда пугающий своей откровенностью, но неизменно находящий живейший отклик у зрителя.
Весь номер на одной странице
|
Об очень опасном и беспрецедентном предложении – обозреватель «Абзаца» Дмитрий Попов. 
У российских фермеров изымают сотни коров под предлогом борьбы с пастереллезом. Ветеринарные службы отправляют на убой животных в Алтайском крае, Пензенской и Новосибирской областях, пишет Shot Проверка. Местные жители утверждают, что никаких документов, подтверждающих наличие заболеваний у скота, им не предоставляют. Что говорят власти и почему к владельцам убитых животных приходят полицейские – в материале RTVI. 
Наблюдая, как в этом, 2026 году, Саратов буквально утонул в снегу, а чиновники администрации города безуспешно «борются» со стихией, скармливая жителям, в ответ на крики о помощи (
Депутаты фракции КПРФ Саратовской областной думы встретились с уполномоченным по правам человека Надеждой Суховой. 
9 января ушел из жизни Макаров Сергей Васильевич, эффективный менеджер, предприниматель и общественник, деятельный и умный человек с широкой и мятежной душой. 
Современный город – это не только бетон и асфальт, но и живое пространство, где зелень играет ключевую роль. Комфортная городская среда невозможна без деревьев, кустарников и газонов, которые не только украшают улицы, но и выполняют важные экологические функции. Они очищают воздух, задерживают пыль и вредные выбросы, создают тень и снижают уровень шума. 
Главный редактор и учредитель ИА «СтройСар» Елена Налимова рассказала о масштабной травле, которой подвергается она и её семья в последнее время практически ежедневно. Об этом журналистка написала в своём телеграм-канале 30 октября этого года. 
В Саратове прошла экскурсия по местам захоронений жертв политических репрессий. 
Ежегодно в конце октября в России вспоминают советских репрессированных. 30 октября – с 1991г. государственный День памяти о трагедии, унесшей жизни миллионов – День памяти сталинских политзаключённых, тех, кто пострадал от репрессий советского режима. 
